Мамочка из 21-го бокса - Мария Хаустова

Я вышла за двери и села на скамеечку. «Ну надо же!» – улыбалась я.

Наверно, не стоит говорить о том, что за экзамен я получила самый крепкий «зачёт», который только мог существовать. Нет, не надо думать, что мне всё сошло с рук. Свой билет я отвечала долго и объясняла по нему (и не только по нему) всё довольно обстоятельно. Ведь у этого преподавателя получить «автомат» было практически невозможно. Он каждый раз проверял тебя на прочность. Поэтому вымученная и опустошённая, с заполненной зачёткой и свалившимся грузом с плеч, я пошла в место, куда меня тянуло в тот момент больше всего! В столовую!

Очередь была не такая большая, как в обычные сессии: всё– таки пора экзаменов. Я подошла к кассе и по обыкновению заказала себе второе и чай с плюшкой. Заняв своё место у окна, я поставила поднос на стол и вспомнила, что не купила хлеба. Вернувшись к грузной кассирше, заказала кусочек чёрного и пошла уже обратно, как сзади меня что-то громко дзынькнуло. Я обернулась – профессор стоял с пустым подносом, а у его ног валялась разбитая тарелка, которая ещё пару секунд назад была наполнена супом… Он заметил, что я увидела его оплошность и сконфузился. «Наверно, дико не вкусный был?» – пошутила с ним я. «Наверно! – рассмеялся профессор – Пойду ещё один такой куплю». Он повернул в сторону к кассе, а я занялась своей трапезой.

В сумке заиграл мобильник. «Николаевна! – обрадовалась я. – Привет!» «Ты чего там чавкаешь?» – с ходу спросила она меня.

– Так я в столовке.

– О-о… И давно ты по столовкам стала ходить? Чего – дома уже не естся?

– Дак в том-то и дело, что я не дома. В универе я.

– Ты в Вологде и не позвонила?

– Да, Николаевна! Я сразу с автобуса да на экзамен. Не успела. Думала, поем и брякну, а ты опять опередила.

– Так. Ты там тогда дожёвывай, а я сейчас подъеду.

Я ничего не успела ответить, так как по своему обыкновению Анка уже давно бросила трубку и, бьюсь об заклад, уже была в пути.

Я снесла пустую тарелку и стакан на стол для грязной посуды, закинула сумку на плечо и ринулась к выходу. Долго ждать мне не пришлось. Красная бэха уже стояла на остановке. Анка манила меня рукой. Я запрыгнула на заднее сиденье и увидела, что присесть-то там особо было и некуда. «Это Варьке свезёшь!» – скомандовала Николаевна и указала пальцем на пакеты со всякой всячиной. «Что там?» – поинтересовалась я у неё. «Что-что… Подарки! Дома посмотрите!» – услышала я в ответ.

«Женя, останови у той кафешки», – Николаевна указала своему водителю на красивый домик. «Но я же только что покушала», – проронила я. «А кто там собирается есть? Мы кофе зайдём попить». – сказала мне Анна Николаевна.

Заказав по чашечке латэ и необыкновенному пирожному, Анка на этом не остановилась. Позднее нам принесли пиццу. Потом, немного подумав, она вспомнила, что вообще-то сегодня почти ничего не ела, а лишь иногда перехватывала на ходу несколько бутербродов, она решила заказать комплексный обед и «поесть, как надо». Я смотрела на неё и не могла понять, как в такую худенькую женщину всё это помещается. Она, увидев, как я наблюдаю за ней, сказала: «Ну чего? Раз-то в месяц я могу поесть, как хочу?» Я кивнула. «И ты бери!» – снова проснулся в ней тот командный тон.

Я начала откусывать от большого куска пиццы, как вдруг она вспомнила про мою учёбу. «Давай доедай и поедем обратно в универ!» – сказала мне она. Я вопросительно посмотрела на неё, а она продолжила: «Ты экзамен свой сдала?»

– Сдала.

– Диплом написан?

– Давно уже!

– Госы сдавать собираешься?

– Так-то да.

– Не так-то да, а собираюсь! – нахмурив брови, проговорила Анка. – Собирай свои монатки и поехали к декану. Будем говорить о твоей защите вместе с очниками.

– Ага, Николаевна, думаешь, это так легко? – не верила я.

– У Анки всё легко! – поправила она свою красную шляпку и завышагивала гордой походкой к дверям. – У Анки везде знакомые…

– Ты помнишь того главного врача? – продолжала Николаевна.

– В областной-то? Конечно, помню! – обрадовалась я.

– А ты знаешь, кто у него жена? – допытывалась у меня она.

– Не-ет, – протяжно отвечала я.

– А я тебе скажу! Твоя деканша и есть его жена! Да-да! Та самая Ольга Тимофеевна!

Я выпучила глаза: «Вот как мир-то тесен!»

– Тесен – это даже не то слово!

– Ну и причем тут их семейные связи?

– Ах, милочка! Какая ты ещё глупая! Причём здесь их семейные связи? – передразнивала меня Анка. – Да притом! Он поговорит с ней, и тебе разрешат!

– А, может, мне самой с ней поговорить?

– Ты, милая, плохо знаешь эту даму. Она там не просто так сидит! Ты думаешь, за просто так она тебе поможет?

Я молчала.

– Нет! Как говорил, не помню кто, мы пойдём другим путём! Известным. И проторенным!

Вытащив из красной сумочки пару купюр, Анка бросила их на стол, и, не дожидаясь, когда их заберут и отсчитают сдачу, рванула к выходу. Я бежала за ней и думала, что делать дальше: и обязанной быть никому не охота, и по-другому никак. Николаевна уже сидела на переднем сидении и кричала мне в окно: «Ну, долго ты там?» Я открыла заднюю дверку бэхи и, спихнув все пакеты в сторону, шмякнулась на кресло: «Фу! Ну и жара!»

– Женя, поехали! – приказала Анка водителю.

– Куда? – спросил тот.

– Положи, где взял! – скомандовала она снова.

Двигатель новенькой бэхи завёлся с пол-оборота, и мы были уже в пути. Старинные здания, памятники архитектуры примерно девятнадцатого века мелькали за окном и исчезали за поворотом, а на смену им приходили новые картины разнообразных площадей, парков и памятников. Красота!

– Машка! Хватит в окно пялиться! – окликнула меня Анка.

– А чего опять? – удивилась я.

– А то! Дела делать сейчас будем. Природой потом полюбуешься! – оборвала она меня и переключилась на водителя: Женька! Ты-то чего молчишь? Не туда же едем-то?!

– Как это не туда? – всполошился Евгений.

– Нам надо в больницу областную, к Михалычу, а ты нас в универ везёшь!

– Ну уж, извините! Куда сказали, туда и везу. Я о ваших планах не разумею… – протараторил Женька и стал разворачивать автомобиль.

Николаевна, нажав несколько кнопок на своём мобильнике, завела с кем-то разговор: «Привет, дорогой! Ну, как ты там? Чего новенького? Да как не соскучилась?! Даже очень! (смеялась она) Ты знаешь, я совершенно случайно оказалась рядом с твоей работой. Ну как? На чай пригласишь? Тогда хорошо. Жди!»

Она положила трубку и повернулась ко мне: «Ну вот! Считай, дело в шляпе! Ты, Машенька, в машине пока посиди. Я недолго!»

Женька затормозил у девятиэтажки, и Николаевна сразу побежала ко входу. Я сидела в автомобиле и ждала, что же будет дальше. Женька повернулся ко мне и начал меня отвлекать: